STORYCROSS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » STORYCROSS » чувствуй спиною юг » чернота памяти


чернота памяти

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

чернота памяти
Kozume Kenma // Kuroo Tetsuro
https://i.imgur.com/wDjwJMO.png
« Every time I lose a fight and I'm dying to be right
I just paint it black so you remember »

Куроо думал, что говорил это в последний раз. Про волейбольный клуб, тренировки, команду... про сон и игру.
- Что ты будешь делать, когда меня не будет?
- Но ты ведь будешь.
И вот он до сих пор есть, по прежнему не думая о том, почему не может оставить по своей воле. Свою исполненную мечту, труд, друзей... чужую память и жизнь.

Куроо - 1 курс, 19 лет, Кенма - последний год старшей школы, 18 лет

Отредактировано Kuroo Tetsuro (27.11.18 22:01)

+2

2

С трудом верилось, что этот тяжелый и долгий год почти закончился. Кенма ощущал себя так, будто его буквально выжили до самой капли; собрать силы в последнее время не получалось. Единственная его прекрасная концентрация осталась на учебе и… волейболе. Как бы это удивительно не звучало, ведь именно он приносил ему столь много проблем. Даже с подработкой не сложилось, чтобы окончательно вколоть последний гвоздь в крышку гроба из светлого дерева. И все же, вскоре можно будет вздохнуть без боли в груди, словно там что-то застряло, проросло. Школа теперь покажется странным сном.
Неделя. Семь дней. Сто шестьдесят восемь часов.
Кенма с трудом подавил вздох, поправил портфель и кепку, которую ему нахлобучил Лев перед воротами школы, и поплелся по знакомой дороге в противоположную от дома. головной убор не мешал ему, но ощущения были незнакомыми; Кенма ощущал, буквально .всем, что на нем было что-то явно лишнее. Не то. Не комфортно. Кепка осталась на голове.
Его путь лежал в простую квартиру среди серых домов серого города. Добираться туда в лучшем случае — полтора часа. Прикинув, на сколько хватит зарядки, обратный путь домой, Кенма понимал, что его приставка разрядится по прибытию к Куроо, а вот телефон должен был протянуть до обратной дороге до дома. завтра. Если повезет не забыть зарядить его перед отправкой. Почему-то рядом с другом все время вылетала эта мысль из головы: напитай своих электронных друзей, ну.
Кенма сел в поезд как раз в тот момент, когда он подходил к станции. Еще немного. Он остался стоять у двери, сжимая пальцами приставку. На экране мелькала игра, пиксели. Кенма внимательно следил за действием в игре, реагируя четко и вовремя.До конца осталось недолго, и вскоре он услышит заветную музыку и увидит слова “the end”. Потом игру можно было бы включить сначала, когда пройдет время и забудется сюжет. Когда станет снова “сложно” и “забылось”. Почему нельзя также поступить с реальными воспоминаниями? Почему человек устроен так… ненадежно нежно?
Кенма вылез из поезда, направляясь в южную сторону квартала. Он примерно помнил, где находится квартира, а зрительная память помогал ему соориентироваться. Тихо, медленно. Он шел в своей форме вперед, не решаясь двигаться быстрее. Приставка давно покоилась в кармане, а мысли были о другом.
Зря он поехал к Куроо. Черт.
С ним было сложно. После выпуска — стало еще тяжелее. Кенме не хватало их общения, не доставало этого теплого комка язвительности и ухмылочек, но все же, вместе с этим, это было так же невыносимо. При общении, при разговоре, при времяпровождении — можно забыться, просто отпустить что-то в голове, а после этого становилось все тяжелее остаться наедине со своей головой. Потому что “потом” забыть не получалось.
Еще школа… Первогодки, словно сговорились, устроить ад на земле. Кенма не понимал почему. Он в принципе не особо выясняли причины таких слухов о нем, таких неприятных и колких взглядов. Обиды. Злости. Поражения. Неодобрения. одновременно с этим, никаких конфликтов не было. Их игры шли хорошо. даже гладко и прочно. И все равно, он вновь проиграли. Кенма помнил, что видел Шо на соревнованиях; на миг выражение лица стало очень жадным .сосредоточенным на образе. Потому что это интересно. Спустя год Шо стал еще страшнее.
знакомая дверь встретила его блеклой краской. Кенма не решался позвонить до последнего. Он помялся, склонил голову на бок, оглянулся на вход: мол, может уйти? Не прокатит. Они же договорились, да? Рука скользнула по двери в тихом стуке. Потом еще. А затем Кенма ее просто пнул. Ну а что? Дверь раскрылась после этого очень быстро.
— Скажи, что у тебя есть кола.
Кенма кивнул в знак приветствия, а затем обзор заслонила кепка, которая упала на глаза. юноша издал протяжный вздох. Он как раз хотел сделать шаг, но… Что-то явно пошло не так. Чертов Лев.
— Забери это. Лев просил передать, — недовольно пробурчал Козума, наконец, снимая надоевший головной убор и протягивая его Куроо в дверях.
Из-за козырька кепки показались круглые очки.

Отредактировано Kozume Kenma (28.11.18 03:19)

+2

3

Без недели год. Без часа день. Без секунды минута.

Куроо потребовалась почти минута, чтобы окончательно выпутаться из приятных объятий полудрёмы и открыть дверь. Хорошо, что Кенма громко постучал. Или это был пинок? На губах невольно появилась улыбка, немного виноватая. Куроо задремал, прямо над учебниками и конспектами.

- Да, есть, - в голосе хрипели остатки сна, глаза прищурились на дневной свет, - Привет… Хм? - Куроо забрал кепку и отступил на шаг назад, пропуская Кенму в уютную полутьму прихожей.

Здесь почти никогда не горел свет. Зачем? Тэцуро даже вслепую найдёт нужную вещь на своей территории, где кроме него, никто ничего не трогает. Да, здесь бывает Бокуто, иногда сопоставимый с локальным апокалипсисом, но после субботних посиделок Куроо всегда прибирается. Да, здесь бывает Козуме, но после его ухода хочется запомнить все малейшие изменения, некоторые вещи не хочется трогать, чтобы они пролежали так подольше, сохраняя чужой след. В любом случае, свет бывает нужен крайне редко, когда нужно найти носки под кроватью ранним утром или жадно поглотить ужин поздним вечером.

- Лев, говоришь, - Куроо закрыл дверь и забросил кепку на верхнюю полку, где валялась шапка и шарф, а ещё оттуда свисал штекер его наушников, и пусть висит, так задумано, - Как они там? Я знаю, что я достал тебя, но мне правда интересно, даже если ты рассказываешь из раза в раз одно и то же.

Куроо скучал. Ему было чертовски некогда думать об этом, но в груди что-то тоскливо тянуло вниз. Иногда прямо физически становилось тяжело двигаться, особенно на тренировках в университетском клубе, после успешеого съёма с паса Ойкавы. Его жизнь изменилась, а сам он - нет.

- У меня впереди два выходных, но пары никто не отменял, - сообщает между делом, проходя на кухню, цепляя пальцами стакан, доставая бутылку из холодильника, всё будто автоматически, так естественно и легко, - Ты голоден?

Стакан наполнился холодной тёмной жидкостью с небольшим слоем бежевой пены. Показалось, что запахло свежесваренным кофе. Куроо сглотнул и отпил прямо из бутылки. Ассоциацию с кофейным напитком хотелось смыть вкусом колы. Обучение на новом рабочем месте шло хорошо, но оставляло после себя какие-то фантомные ощущения, запахи, вкусы. Сделав два больших глотка, Куроо закрутил крышку и оставил бутылку на столе, бессовестно не думая, о том, что глупо было доставать стакан, когда сам не церемонишься.

- Выглядишь откровенно задолбавшимся, - руки словно сами тянутся приобнять, почти ощупать, ведь по напряжению тела можно сказать очень много, но объяснять всегда лень, - Впрочем, я рад, что это в тебе не меняется. Хоть что-то в этом мире не меняется. А я не думал, что буду бояться перемен. Вообще, бояться. Фу, какое слово. Забудь его. Не слушай меня…

Проще сказать, чем сделать. Куроо на самом деле понимает, что так, он лишь заслоняет собой от нерешённых проблем, но руки с плеч долго так не убирает, будто тянет ближе, теснее, крепче, но сил у него на это нет. Только взгляд цепляется за пальцы, вроде хрупкие на вид, но приносившие победы и поражения всей команде. Куроо молчит, но все знают, что в равной степени он ценил всё.

- Что будешь делать, после выпускного?

+1

4

Куроо засыпал на ходу. Заспанный, он, кажется, едва ли воспринимал информацию, но кепку забрал, а наличие колы подтвердил весьма уверенно. Хриплое "да" ударило по нервам. Кенма поежился, но не выдал себя. Он сел развязал шнурки на кедах словно нарочно медленно. Не спешить.
— А, привет.
Весна была теплой. Кенма не удосужился надеть куртку — теплая, толстая толстовка уберегала его от холода, а шарф у горла — от ветра. Поэтому он прошел как есть в квартиру, попутно сжимая пальцы на мягкой ткани шарфа, сдергивая его чуть резче, чем нужно. В полутьме квартиры, когда мебель и вещи можно угадать только по очертаниям, Кенма кинул шарф на, предположительно, тумбочку, которая заменяла, кажется, стул. то есть на ней лежало все, что мог только удержать данный предмет интерьера. То сеть плачевно мало.
Что можно было ответить на: "Как они там?" — Этот вопрос можно было возненавидеть. И юноша возненавидел; чисто, слепо и тихо. Возможно из-за того, что с этим вопросом было легко юлить, но очень легко попасться. Только вот это никак не касалось самого Куроо, а, скорее, вызывало немой вопрос уже к себе самому. И Кенма не нашелся, что ответить с первых секунд. Он прошел вперед, словно растягивая вопрос в молчании, что повисло в воздухе. Ногой он что-то задел, больно ударяясь пальцами.
— Нормально, но третьекурсники расстроены проигрышем. Мы все остались в клубе. Со Львом было тяжело...
Кенма говорил так, словно сам не расстроился. Словно свет не померк на миг перед глазами, а зал не исчезал в черной пелене. По правде сказать, он просто чуть не грохнулся от переутомления в обморок; но признаться в этом было выше его сил. Потому что он переутомился, а с поля не уходил. Куроо на игре не было. Учеба, свои дела, свои заморочки. Да, дела.
Слова не шли. Кенма вообще был не самым разговорчивым человеком. Он мог легко подбирать слова, когда дело касалось волейбола или, скажем, математики. В такие же моменты становилось тяжелее. Кенма старался говорить коротко и по делу, не зная толком, что ту теще можно сказать. Впрочем, что еще можно сказать о их команде, когда они проиграли? Да уж, выйти в национальные и не добиться (вновь) успеха.
— Хорошо. Во сколько?
Кенма проследовал тенью следом, подмечая про себя некоторые мелкие детали. что-то появилось новое, что-то изменилось в старом. Он давно тут не был. Само присутствие в этой квартире немного утешало, давал забыть о том, что было там, за этими стенами. Зато выковыривало все то, что не надо. Куроо — подлец. он отпил из горла, чуть запрокинув голову. Кенма взял стакан, тихо фыркнув и отпил. Только сейчас он понял, как хотел пить. И стакан опустел очень быстро — наполовину. В нос ударили "пузырьки".
— У тебя есть еда?
Обычно они перекусывали чем-то незначительным, Кенма этого было всегда достаточно. Он никогда не просил есть, только возможно воды, жидкости. То, куда можно без зазрения совести сунуть свой нос. Впрочем, раньше их встречал отец Куроо, а теперь он один. И все же... В это квартире завелась настоящая еда? Легче было поверить в полуфабрикаты; хотя, мягче: логичнее. Кенма поставил полупустой стакан на стол и только затем догадался таки стянуть с себя толстовку. Она перекочевала на стул, а потом пальцы ловко поправили очки; привычка, чем необходимость. Затем не удержался от зевка.
— То есть я всегда задолбавшийся?.. Ты выглядишь не лучше, но тебе это не свойственно.
Изменения. Перемены. Новое. Кенма не то, чтобы не понимал Куроо. Он склонил голову. Чужие прикосновения всегда были приятны, они были правильными, а вместе с этим "шутливым фу" заставили только вздохнуть. Не то соглашаясь, не то опровергая. не видел друг, что изменилось все. В этом страшно было признаться, сказать, даже подумать .а он так легко...
Порой Кенма забывал, насколько Куроо сложный.
Теперь прикосновения, которые ранее были простыми, стали крепче и... тянули. Вперед. Обнять и вздохнуть свободнее, сказать, что "тяжело". Вместо этого Кенма поднял свои руки, прикасаясь к чужим запястьям, которые были чуть толще, больше чем его. Чуть-чуть, но этого уже хватало. Просто кто-то вырос, как башня. Пальцы сжались не сильно, но ощутимо надавливая.
— Я... пойду учится дальше.
Выглядел при этом юноша растеряно.
Раньше в планах было сразу пойти работать, но, каким-то образом, мать смогла повлиять на сына и пнуть его учится, а также сам факт наличие работы пока не утешал. Поработал Кенма, но не выдержал. Слишком много времени убивает в нем это "трудоустройство". И предложения некоторых менеджеров продолжать играть в волейбол, не польстили Кенме. Он — не талантливый и успешный, а обычный и заурядный. Он все еще не любил уставать, ненавидел жару и ленился на тренировках.

Отредактировано Kozume Kenma (Вчера 19:20)

+2


Вы здесь » STORYCROSS » чувствуй спиною юг » чернота памяти